 | | |
Хождение по мукам
Для того чтобы окончательно развеять миф о том, как мы ценим стариков, достаточно прийти в какое-нибудь провинциальное управление социальной защиты населения. Контингент тех, кто часами сидит под кипарисовыми дверями чиновничьих кабинетов, весьма скуден — вдовы, инвалиды и, конечно же, старики. Причем, приходя сюда, они буквально переступают через себя. А как же иначе. Разве для того человек воспитывал детей, не жалел себя на работе в течение всей жизни, чтобы в старости ходить по инстанциям с протянутой рукой?
Вот робко перешагивает через порог управления по социальной защите «ветхая денми» старушка. Первое, что бросилось в глаза — с ней не поздоровались, не предложили присесть и даже глаз не подняли.
— А вам еще что! — презрительно спросил моложавый «с иголки» одетый холеный чиновник.
— Не могу заплатить за медикаменты, которые так необходимы моему мужу, — еле сдерживая слезы, ответила старушка. — Помогите, пожалуйста!
Реакцию молодого человека трудно выразить словами:
— Так, не злите меня! Денег я вам все равно не дам.
— Но он в 1944-м, участвуя в освобождении Киева, был тяжело ранен.., — попыталась было добавить старушка.
Услышав это, чиновник побагровел: «Да знаете, сколько таких как вы. Попривыкли попрошайничать!»
А что же делать этим людям? Не пойдешь же в восемьдесят два на завод контейнеры разгружать…
Чиновник, выгоняя бабушку, так громко кричал на нее, что люди в коридоре опешили. Хотелось войти в этот кабинет и спросить: «Что, стариков развелось много — так может их пристреливать, чтобы не мучились?»
Консервы для ветерана
У двери одного из благотворительных фондов столпотворение. Подхожу ближе. Несколько десятков человек окружили дряхлого старичка. Все бы ничего, да только он так громко рыдал, что люди просто не смогли пройти мимо. Оказалось, на День победы дедушке выдали пакет с гуманитарной помощью из Германии.
«Вместо того, чтобы хоть немного повысить пенсию, они нас иностранными подачками кормят. Вот смотрите, победителю прислали побежденные!» — с этими словами он дрожащей рукой сорвал с груди медаль «За отвагу» и бросил ее в ноги любопытным зрителям. Нет, фронтовик не отрекся от награды, не изменил Родине, не осквернил этим память погибших товарищей. По большому счету, эта старенькая медаль — самое ценное, что у него осталось. За кусочком метала целая эпоха — боль, страдания, страх, радости, печаль… Одним словом, то, через что этот человек «проходил» твердой поступью и с высоко поднятой головой. Почему с высоко поднятой? Да потому что был уверен, что жизнь его имеет какой-то смысл, что придет время, когда он, наконец, сможет вздохнуть с облегчением. А к чему пришел? Насмешки, презрение и постоянные лишения — это и есть то светлое будущее, которое обещал ему, вручая боевые награды, товарищ Сталин?
Старость — совесть молодых
То, что сегодня в общественном транспорте не уступают место старшим, всем известно. Но, чтобы пенсионеров на ходу выбрасывали из автобуса — это нонсенс.
— Инвалид Великой отечественной, — говорит седовласый старичок с клюкой, пытаясь подняться в автобус по ступенькам.
— У меня нет льготных мест, — с готовностью отвечает водитель, — так что платите за проезд!
— У меня и денег-то нет, — не растерялся старик. — Вот еду на почту, чтобы пенсию получить.
— Не морочьте мне голову: платите или выходите! — не унимался шофер, «трогая» с места автобус. Когда же старичок сказал, что все равно доедет, водитель просто вытолкал его прямо на глазах у «честного народа».
Люди, которые поспешили к нему, чтобы оказать первую помощь, просто «прозрели», когда пострадавший тихим спокойным голосом сказал: «Когда меня, сопливого пацана, забирали на фронт, я даже и слова против не сказал. Пять лет бегал, как угорелый, под пулями. После войны женился, воспитал троих детей, которые, став взрослыми, забыли меня. Неужели я не заслужил, чтобы в старости на меня хотя бы не плевали!?»
Время сейчас сложное. Люди заняты собой, так что им не до ближнего, а тем более, не до стариков. А ведь их становится все меньше. Ветеранов войны можно «на пальцах» пересчитать. Вопрос, куда же они деваются, не уместен. Они умирают! Причем, многие отходят в мир иной неспокойно, без мира в душе, всеми забытые. Каждый день для них — это боль. И несмотря на это они не просят нас оказывать им должные почести. Более того, они нас, молодых, вообще ни о чем не просят. А свою старость коротают с одним лишь маленьким желанием — чтобы мы не спешили их хоронить |
